PDF брошюра

ИСКУССТВО СНОВИДЕНИЯ. КАРТА МАРШРУТА.
Краткая инструкция по прохождению Первых врат сновИдения самостоятельно.

Стать охотником


Задание

Эта трансляция будет максимально полезна для вас только, если вы превратитесь из "слушателей за партой" в исследователей.
Ниже под видео с трансляцией фрагмент из книги, который нас интересует. Прочитайте его до трансляции, чтобы освежить в памяти.

Напишите в в комментариях ниже:
Что вас цепляет в происходящем в этой главе?
Что вы считаете важным в этой истории?

Стать охотником

Некоторое время мы молча отдыхали. Дон Хуан лежал, прикрыв лицо шляпой, и не двигался, как будто спал. Я полностью погрузился в свои записи. Вдруг он сделал резкое движение. От неожиданности я вздрогнул. Дон Хуан рывком сел и, нахмурившись, повернулся ко мне:
– Ты обладаешь склонностью к охоте. Охота – именно то, чему тебя следует учить. Так что мы больше не будем говорить о растениях.
Он на секунду выдвинул челюсть, а потом бесстрастно добавил:
– Впрочем, этим, как мне кажется, мы никогда и не занимались, верно?
И засмеялся.

Остаток дня мы бродили по чапаралю, и дон Хуан невероятно подробно и обстоятельно рассказывал мне о гремучих змеях. Где они гнездятся, как двигаются, каковы их сезонные повадки, их уловки и прочее. В конце концов он поймал и убил большую змею. Он отрезал ей голову, вычистил внутренности, содрал кожу и поджарил мясо на костре. Наблюдение за всем этим доставило мне истинное удовольствие, потому что действовал дон Хуан мастерски и каждое движение его было точным и грациозным. Я зачарованно следил за ним и слушал все, что он говорил. Сосредоточение мое было настолько полным, что весь остальной мир практически перестал для меня существовать.
Змеиное мясо пришлось съесть, и это довольно грубо вернуло меня в обычный мир. Когда я начал жевать первый кусочек, меня затошнило. Объективных причин не было никаких, так как мясо оказалось прекрасным, но я ничего не мог поделать, словно мой желудок был сам по себе и от меня никак не зависел. Глотать мне удавалось лишь с огромным трудом. Я думал, что дона Хуана от смеха хватит сердечный приступ.
Потом мы присели отдохнуть в тени каких-то камней. Я начал обрабатывать свои заметки и по их количеству понял, насколько громадным объемом информации о гремучих змеях снабдил меня дон Хуан.

– К тебе вернулся дух охотника, – неожиданно произнес дон Хуан с очень серьезным выражением лица. – Теперь ты попался.
– Прошу прощения?..
Я хотел, чтобы он развил свое утверждение относительно того, что я попался, но он только засмеялся и повторил его.
– На чем я попался? – не унимался я.
– Охотники всегда будут охотиться, – сказал он. – Я и сам охотник.
– Ты хочешь сказать, что охотишься для того, чтобы жить?
– Я охочусь, чтобы жить. Я могу жить где угодно на земле.

Дон Хуан движением головы обвел все вокруг.
– Чтобы быть охотником, надо очень много знать, – продолжал он. – Это означает, что человек может смотреть на вещи с разных сторон. Чтобы быть охотником, необходимо находиться в совершенном равновесии со всем-всем в мире. Без этого охота превращается в бессмысленное занятие. Сегодня, например, мы добыли змейку. Мне пришлось извиниться перед ней за то, что я оборвал ее жизнь так внезапно и так окончательно. Я сделал это, зная, что моя собственная жизнь будет оборвана точно так же внезапно и окончательно. Так что в конечном счете мы и змеи равны. Одна из них нас сегодня накормила.
– Я никогда не находился в таком равновесии, когда охотился, – сказал я.
– Неправда. Ты не просто убивал животных. И ты, и вся твоя семья ели дичь.
Он говорил с такой убежденностью, словно видел это собственными глазами. И, разумеется, был прав. Были времена, когда вся семья питалась мясом, которое мне удавалось добыть на охоте.

После минутного колебания я спросил:
– Откуда ты знаешь?
– Есть вещи, которые я просто знаю. Но не могу сказать откуда.
Я рассказал, как мои тети и дяди совершенно серьезно именовали «фазанами» всех птиц, которых я приносил.

Дон Хуан сказал, что вполне может себе представить, как они говорят на скворца «маленький фазанчик», и очень смешно изобразил, как кто-то из них жует птичку. Следя за неподражаемыми движениями его челюстей, я буквально ощущал, что во рту у него – птичка, которую он жует прямо с костями.

– Я в самом деле думаю, что у тебя есть способность к охоте, – сказал дон Хуан, уставившись на меня. – Мы начали не с того конца. Возможно, ты захочешь изменить свой образ жизни для того, чтобы стать охотником.
Он напомнил мне, что я не только без особого труда понял, что в мире есть благоприятные и неблагоприятные места, но еще и обнаружил соответствующие им цвета.

– Все это говорит о том, что у тебя есть склонность к охоте, – объявил он. – Далеко не каждый способен одновременно определить и то и другое.

«Стать охотником» звучало заманчиво и романтично, но, с моей точки зрения, это было абсурдным, потому что охота лично меня ни в коей мере не интересовала. Я сказал ему об этом.
– Вовсе не обязательно, чтобы охота тебя интересовала или нравилась тебе, – сказал он. –
Ты обладаешь естественной склонностью. Я думаю, что настоящие охотники никогда не любят охотиться. Они просто хорошо это делают, вот и все.

У меня возникло ощущение, что дон Хуан готов спорить по любому вопросу и способен переспорить кого угодно. Но он утверждал, что вообще не любит разговаривать.
– Это – как охота, – сказал он. – Мне вовсе ни к чему любить разговаривать. Просто у меня есть способности к тому, чтобы говорить, и я делаю это хорошо. Вот и все.

Гибкость его ума произвела на меня впечатление.
– Охотник должен быть очень твердым, – продолжил дон Хуан. – Он практически ничего не предоставляет случаю. Все время я пытаюсь убедить тебя в том, что ты должен изменить свой образ жизни. Но до сих пор все попытки оказывались безуспешными. Тебе не за что было ухватиться. Теперь ситуация изменилась. Я вернул тебе твой старый охотничий дух. Может быть, он поможет тебе измениться.

Я возразил, что вовсе не желаю становиться охотником.
Я напомнил ему, что изначально всего лишь хотел, чтобы он рассказал мне о лекарственных растениях, но он так далеко увел меня от исходной цели, что теперь я и сам не знаю, действительно ли мне хочется изучать растения.

– Хорошо! – сказал он. – В самом деле, хорошо! Если у тебя нет ясной картины того, чего ты хочешь, ты можешь стать более смиренным. Давай сделаем так. Для тебя не имеет особого значения, будешь ли ты изучать растения или что-нибудь еще. Ты сам мне об этом сказал. Тебя интересует все, что кто-либо может тебе рассказать. Так?
Я действительно однажды сказал ему это, чтобы разъяснить задачи антропологии и привлечь его в качестве информатора.

Дон Хуан усмехнулся, явно сознавая, что полностью контролирует ситуацию.
– Я – охотник, – сказал он, словно читая мои мысли. – Я почти ничего не предоставляю случаю. Наверное, мне следует объяснить тебе, что охотником я стал. Я не всегда жил так, как живу сейчас. В какой-то момент своей жизни я вынужден был измениться. Теперь я указываю направление тебе. Я знаю, о чем говорю, меня всему этому научили. Я не сам все это понял.
– Ты хочешь сказать, что у тебя был учитель, дон Хуан?
– Скажем так: некто учил меня охотиться так, как я хочу научить тебя, – сказал он и быстро сменил тему.
– Я думаю, что были времена, когда охота была самым почетным делом, которым мог заниматься человек, – сказал он. – Все охотники были могущественными людьми. Действительно, чтобы выдержать всю суровость той жизни, охотнику нужно было прежде всего быть могущественным.

Мне стало любопытно – уж не говорит ли дон Хуан о временах, предшествовавших Конкисте? Я начал его прощупывать:
– Когда это было?
– Давным-давно.
– Когда именно? Что означает «давным-давно»?
– «Давным-давно» означает давным-давно, а может быть – сейчас, сегодня. Это не имеет значения. Было время, когда все знали, что охотник – лучший из людей. Сейчас об этом известно далеко не каждому, но есть люди, которые это знают. Я знаю, и ты когда-нибудь узнаешь. Понимаешь, о чем я говорю?
– Скажи мне, это индейцы яки так относятся к охотникам?
– Не обязательно.
– Индейцы пима?
– Не все. Но некоторые – да.
Я назвал еще несколько племен. Мне хотелось привести его к утверждению, что культ охоты является верованием и практикой определенной группы людей. Но он избегал прямого ответа, поэтому я сменил тему:
– Зачем ты со мной все это проделываешь, дон Хуан?

Он снял шляпу и с наигранным недоумением почесал виски.
– Я тобой занимаюсь, – мягко ответил он. – Раньше подобным образом мною занимались другие, а когда-нибудь ты сам кем-то займешься. Скажем так: сейчас – моя очередь. Однажды я обнаружил, что, если я хочу быть охотником, который мог бы уважать себя, мне необходимо изменить свой образ жизни. До этого я все время жаловался и распускал нюни. У меня были веские причины, чтобы чувствовать себя обделенным и обманутым жизнью. Я – индеец, а с индейцами обращаются хуже, чем с собаками. Я не мог этого изменить, и поэтому мне не оставалось ничего, кроме печали. Но удача повернулась ко мне лицом, и однажды в моей жизни появился тот, кто научил меня охотиться. И я осознал, что жизнь, которую я вел, не стоит того, чтобы жить. Поэтому я изменил ее.
— Но я счастлив своей жизнью, дон Хуан. Зачем я должен менять ее?

Он начал петь мексиканскую песню очень мягко, а затем стал мурлыкать ее мотив. Его голова покачивалась вверх и вниз, следуя ритму песни.
— Ты думаешь, что ты и я равны? — спросил он резким голосом.

Его вопрос застал меня врасплох. Я ощутил странное гудение в ушах, как если бы он действительно выкрикнул свои слова, чего он на самом деле не сделал. Однако в его голосе был металлический звук, который отозвался у меня в ушах.
Я поковырял в левом ухе мизинцем левой руки. Мои уши чесались все время, и я постоянно и нервно протирал их изнутри мизинцами. Эти движения были подрагиваниями моих рук целиком.

Дон Хуан следил за моими движениями с явной заинтересованностью.
— Ну... Равны мы? — спросил он.
— Конечно, мы равны, — сказал я.
В действительности, я оказывал снисхождение. Я чувствовал к нему очень большое тепло, несмотря на то, что временами я просто не знал, что с ним делать. И все же я держал в уголке своего мозга, хотя никогда и не произносил этого, веру в то, что я, будучи студентом университета, человеком цивилизованного западного мира, был выше, чем индеец.
— Нет, — сказал он спокойно. — мы не равны.
— Но почему же, мы действительно равны, — запротестовал я.
— Нет, — сказал он мягким голосом, — мы не равны. Я охотник и воин, а ты — паразит.
У меня челюсть отвисла. Я не мог поверить, что дон Хуан действительно сказал это. Я уронил записную книжку и оглушено уставился на него, а затем, конечно, я разъярился.

Он взглянул на меня спокойными и собранными глазами. Я отвел глаза, и затем он начал говорить. Он выражал свои слова ясно. Они текли гладко и смертельно. Он сказал, что я паразитирую за счет кого-либо другого. Он сказал, что я не сражаюсь в своих собственных битвах, но в битвах каких-то неизвестных людей, что я не хочу учиться о растениях или об охоте или о чем-нибудь еще, и что его мир точных поступков и чувств, и решений был бесконечно более эффективен, чем тот разболтанный идиотизм, который я называю “моя жизнь”.
После того, как он окончил говорить, я был нем. Он говорил без агрессивности или недовольства, но с такой силой и в то же время с таким спокойствием, что я даже не сердился больше.

Мы молчали. Я чувствовал раздражение и не мог думать ни о чем и не мог ничего подходящего сказать. Я ждал, пока он нарушит тишину. Проходили часы. Дон Хуан постепенно становился неподвижным, пока его тело не приобрело странную, почти пугающую застывшесть. Его силуэт стало трудно различать по мере того, как темнело. И, наконец, когда стало совершенно темно вокруг нас, он слился с чернотой камней. его состояние неподвижности было таким полным, что, казалось, он не существует больше. Была уже полночь, когда я, наконец, понял, что он может и будет оставаться неподвижным в этой глуши в этих скалах, может быть, всегда, если ему так нужно. Его мир точных поступков и чувств и решений был действительно выше моего.
Я тихо дотронулся до его руки, и слезы полились у меня.

Карлос Кастанеда - "Путешествие в Икстлан"

Как разобраться в своей жизни?

Как выровнять и очистить свою жизнь. Как выйти на Путь сердца и раскрыть тайны самого себя. Обо всем этом на онлайн курсе "Самодисциплина воина"

Подробности
  • do-it@mail.ru:

    Слова про «я не сражаюсь в своих собственных битвах, но в битвах каких-то неизвестных людей» — цепляют, конечно же, как рефрен моих ежедневных сомнений.

    Сильно зацепила фраза «Я думаю, что настоящие охотники никогда не любят охотиться. Они просто хорошо это делают, вот и все»
    В этом, наверное, и есть предназначение — делать то, что получается делать лучше всего. А счастье — получать от этого удовольствие.

    «– К тебе вернулся дух охотника… Теперь ты попался.»
    Хорошо, когда встречаешь человека, который может разглядеть твою суть, давно забытую и скрытую. И просто замечательно, когда он захочет и сможет эту суть показать, зацепить — в нужное время, когда ты будешь готов (разъярился — даже не сердился — раздражение — наконец, понял).

  • Лидия:

    Очень много вопросов: кто ты? Часть этого мира или этот мир часть тебя? В чем заключается твой путь? В чем твоя сила? Как найти того кто проведет тебя по этому лабиринту?

  • Мария:

    Меня цепляет двойственность происходящего, когда первый раз читаешь, кажется, что Дон Хуан говорит о той охоте, которая привычна для моего ума, но когда ознакомился с книгами, то понимаешь, что охота здесь имеет другое значение.
    Важно понимание паразитирующих действий в обществе. Я как паразит и другие люди как паразиты.

  • ирина:

    — Нет, — сказал он мягким голосом, — мы не равны. Я охотник и воин, а ты — паразит. Я считаю это важным в этом отрывке . Потому что эти слова заставили КК резко остановиться в своем индульгировании и замолчать. Что побудило следить КК за движениями ДХ. А зацепило меня это умение ДХ все не то что бы контролировать, держать КК в нужном направлении. Наверно это для меня важно)))) что бы понять наверно

  • Виталий:

    В процессе обучения Дон Хуан учил Карлоса быть охотником во всех проявлениях жизни. Т.е. применять навыки охотника во всех сферах жизни, в том числе вести себя как охотник даже в академическом мире. Даже не являясь академиком или профессором Дон Хуана даже в разговоре умеет поставить Карлоса на место, говоря,что он паразит. Карлос понял,что в мире Дона Хуана нужно действовать по его правилам.

  • yashik2000@mail.ru:

    > Я полностью погрузился в свои записи. Вдруг он сделал резкое движение. От неожиданности я вздрогнул.
    Для КК это было вздрагиванием, а дон Хуан, видимо, рассмотрел в этом его склонность (как раз тут был Настоящий КК)

    > Глотать мне удавалось лишь с огромным трудом. Я думал, что дона Хуана от смеха хватит сердечный приступ.
    Вот тут не совсем понятно — он смеется над тем, как далеко можно уйти от собственной склонности?

    Хочется вот эти моменты выделить. Цепляют:
    > – Я охочусь, чтобы жить. Я могу жить где угодно на земле.

    > Однажды я обнаружил, что, если я хочу быть охотником, который мог бы уважать себя, мне необходимо изменить свой образ жизни. До этого я все время жаловался и распускал нюни.

    > Он сказал, что я не сражаюсь в своих собственных битвах, но в битвах каких-то неизвестных людей, что я не хочу учиться о растениях или об охоте или о чем-нибудь еще, и что его мир точных поступков и чувств, и решений был бесконечно более эффективен, чем тот разболтанный идиотизм, который я называю “моя жизнь”.

    Ну и:
    > Он начал петь мексиканскую песню очень мягко, а затем стал мурлыкать ее мотив. Его голова покачивалась вверх и вниз, следуя ритму песни.
    > — Ты думаешь, что ты и я равны? — спросил он резким голосом.
    > Его вопрос застал меня врасплох. Я ощутил странное гудение в ушах
    Метод «подавления» болтовни 🙂

  • Денис:

    Зацепила сосредоточенность дона Хуана на том, что он делает в этот момент: «лежал и не двигался…рывком сел»
    Понравился маневр Дона Хуана: «мы больше не будем говорить о растениях…. Хотя мы никогда этим не занимались, верно?»
    Поразили знания Дона Хуана о мире: о змеях, погоде. если читать другие книги, то видно, что Дон Хуан очень осведомлен о многом, очень наблюдателен.
    Понравилось, как Дон Хуан характеризует охотника: чтобы быть им, надосмотреть на вещи с разных сторон.
    Т.е. травник тоже может быть охотником и лекарь и строитель и т.д. Охотник — это человек, который находится в равновесии с миром, очень осознание и собран, ничего не предоставаояет случаю.

    Охотником можно стать, это стоит усилий.

  • Надежда:

    – Ты обладаешь склонностью к охоте. Охота – именно то, чему тебя следует учить.
    Меня заинтересовало как Дон Хуан определил склонность Кастанеды к исследованию, к охоте и как он сдвинул его точку восприятия одной простой фразой.
    — Нет, — сказал он мягким голосом, — мы не равны. Я охотник и воин, а ты — паразит.
    После таких слов мир переворачивается с ног на голову.

  • yashik2000@mail.ru:

    +

  • Виталий:

    + в запмсм

  • Денис:

    Был

  • роман:

    +

  • anesthesia.burton@gmail.com:

    добрый вечер! мы только что проснулись)) предыдущую трансляцию смотрели в записи)

  • Владимир:

    Для меня является важным что когда ДХ все сказал он ушёл в медитацию как будто КК и нет и никогда не было

  • aloshina1002@gmail.com:

    Я была на прошлой трансляции.
    +

  • СЕРАФ:

    Я думаю , что предласположенностт Карлоса к охоте уже проявилась тогда, когда он искал дона Хуана и нашёл его.

  • Виталий:

    до сих пор не могу найти свою предрасположенность

  • Ирина:

    Да не только понятно, но уже да же видно в своей жизни

  • aloshina1002@gmail.com:

    да, это сложно
    хочется найти свою предрасположенность

  • do-it@mail.ru:

    Боюсь до конца жизни не успеть

  • Виталий:

    постоянно попадаю в «бигуди», то в кредиты влезу, то без работы останусь

  • СЕРАФ:

    Именно как действовал

  • yashik2000@mail.ru:

    Впереди работы действительно много. Но и шаги уже сделаны. 🙂 Паша ПВ2

  • СЕРАФ:

    Неважно кто ты , охотник или ботаник , главное , что зажигает огонь жизни, действуют по разному , но вовлечённость и сама жизнь заложена в предрасположенности

  • yashik2000@mail.ru:

    Спасибо. Трансляции и лекции очень помогают.

  • Виталий:

    а порядок в себе наводить достаточно трудно

  • Ирина:

    Круто, спасибо!!

  • роман:

    спасибо ребят

  • Денис:

    До встречи

  • Леонид:

    Спасибо, я слушал,

  • Olga210891@gmail.com:

    Добрый день, смотрела эфир в записи. Возник вопрос по этому кусочку:

    Когда я начал жевать первый кусочек, меня затошнило. Объективных причин не было никаких, так как мясо оказалось прекрасным, но я ничего не мог поделать, словно мой желудок был сам по себе и от меня никак не зависел. Глотать мне удавалось лишь с огромным трудом. Я думал, что дона Хуана от смеха хватит сердечный приступ.

    Поясните пожалуйста почему же у Карлоса возникла такая реакция на прекрасное по его словам мясо? Почему то мне кажется, что тут дело далеко не в мясе. ))) И смех Дона Хуана опять неспроста, он что-то знает. Может я ошибаюсь и зря заостряю внимание на это? Заранее спасибо за ответ!

  • sergei.sg@gmail.com:

    Благодарю, буду ждать начало.

  • Птицекотова:

    Зацепило как у Карлоса зачесались уши и он стал делать странное для себя движение, и как Дон Хуан прекратил движение после разговора.

    Важным показалось, что ДХ в тот день понял, на что нужно ловить Карлоса, и как тот поймался

  • валентина:

    слушала в записи
    1.Охотник должен быть очень твердым, – продолжил дон Хуан. – Он практически ничего не предоставляет случаю.
    Я охотник и воин, а ты — паразит.Он взглянул на меня спокойными и собранными глазами.Я отвел глаза, и затем он начал говорить. Он выражал свои слова ясно. Они текли гладко и смертельно. Он сказал, что я паразитирую за счет кого-либо другого. Он сказал, что я не сражаюсь в своих собственных битвах, но в битвах каких-то неизвестных людей…
    многие живут такой жизнью, как КК
    2…. однажды в моей жизни появился тот, кто научил меня охотиться. И я осознал, что жизнь, которую я вел, не стоит того, чтобы жить. Поэтому я изменил ее.

  • >